Делегации Украины, России и Соединенных Штатов продолжат трехсторонние переговоры в Абу-Даби 1 февраля. Это происходит на фоне ухудшения экономической ситуации в стране-агрессоре.
Авторитетный источник объясняет: именно «новая экономическая реальность» и угроза коллапса бюджета заставили Владимира Путина искать дипломатический выход из войны.
Нефтяной крах: пустой бюджет
Ключевая причина изменения риторики Москвы — резкое падение доходов от нефти и газа. В прошлом году они сократились почти на четверть. На российскую нефтяную отрасль повлияли три фактора:
- Глобальное перенасыщение рынка: страны ОПЕК+ увеличили добычу, что сбило мировые цены.
- Жесткие санкции США: в октябре президент Дональд Трамп ввел ограничения против «Роснефти» и Lukoil, усилив охоту на «теневой флот».
- Украинские удары: атаки дронов на НПЗ и танкеры в Черном и Средиземном морях вызвали дефицит топлива.
Цифры впечатляют: в декабре средняя цена российской нефти упала до $39 за баррель, тогда как в августе она составляла $57. Покупатели требуют скидок из-за рисков.
Экономика войны на грани
Война стоит России около $170 миллиардов в год — это 30% годового бюджета. Ранее сверхприбыли покрывали расходы, но теперь источники истощаются. Дефицит бюджета 2025 года достиг $72 миллиардов — самый высокий показатель с 2009-го. Правительство повышает налоги для бизнеса и населения, что вызывает недовольство.
«Единственный фактор, который может изменить ситуацию, — это экономическое давление на Россию. В России должны закончиться деньги, чтобы война начала заканчиваться», — цитирует источник президента Украины Владимира Зеленского.
Эксперты убеждены: осознание кризиса заставило российскую делегацию сесть за стол переговоров в ОАЭ, несмотря на предыдущие отказы.
В то же время, по мнению Романа Костенко, несмотря на активизацию дипломатии, Россия не демонстрирует реальной готовности к завершению боевых действий. Кремль затягивает время, выдвигая новые условия и имитируя процесс.