В Львовской области соцслужбы изъяли семерых детей из многодетной семьи. У 6-месячного младенца диагностировали туберкулез. Двухлетний брат получил ожоги кипятком. Семья состояла на учете социальных служб с прошлого года. Условия жизни детей ухудшились до критического уровня.
Медицинские инциденты: туберкулез и ожоги
Сначала госпитализировали самого маленького — 6-месячного мальчика. Он прибыл в тяжелом состоянии с судорогами. Врачи выявили туберкулез.
Иван Будзан, отец: «Это первый раз, что мы попали в больницу. Ночью плюс-минус четвертый час, ребенок перестал есть. До того чувствовал себя идеально».
Через пять дней в больницу попал двухлетний сын. У него ожоги лица.
Иван Будзан, отец: «Старший делал себе капучино, поставил на тумбочке, залил кипятком. А тот сделал шаг вперед, крышку зацепил и облил».
Родители обратились за помощью не сразу — через сутки.
Лариса Шевченко, детский хирург: «Ребенок был в состоянии средней тяжести с выраженным болевым синдромом, отеками, потому что обратились они не сразу — через сутки от получения травмы. Ребенку требуются этапные перевязки под общим обезболиванием».
Изъятие детей, условия и позиция сторон
Отец не объясняет, почему не заметил ожогов сына целые сутки. Он уверяет: дети были под присмотром. Жена с младенцем лежала в больнице, он работал. Соседка кормила остальных.
Галина Слипец, соседка: «Я должна была приготовить и дать им поесть. Я пришла, приготовила еду, они поели».
Теперь дома остался только отец. Двое детей с матерью в больнице, пятерых изъяли. Мужчине 34 года, он ветеран АТО, работает строителем. Жене — 31 год.
Наталья Климко, начальник службы по делам детей: «Мама с крошечной дитей была в больнице. Папа не мог справиться со всеми, ребенок обжегся. Следующая попала в больницу. Поэтому решили немедленно забрать деток из-за условий проживания, из-за всего того, что случилось».
Прокуратура оценивает ситуацию жестко.
Марта Смихура-Скальская, руководитель Жовковской прокуратуры: «Условия вообще не соответствуют потребностям такой большой семьи. Все они, это отец, мать и 7 детей, проживают в одной комнате. Условия жизни ужасные. Мной подписано подозрение матери по факту совершения ею ненадлежащего ухода за ребенком, что повлекло тяжкие последствия, возможно сообщение о подозрении отцу».
Семью взяли на учет в прошлом году. Службы посещали раз в 1–2 месяца, предоставляли еду и дрова.
Наталья Климко, начальник службы по делам детей: «Они сделали ремонт. Но я так понимаю, когда детей стало больше, маме стало тяжело, папа все время на работе, и уже они не смогли выполнять родительские обязанности. Последний визит был в декабре — было чисто, было наварено еды. Мы не видели, чтобы детки были в плохом состоянии или больны».
Старших детей разместили в приюте. Туберкулеза у них не выявили. Отец спешит с ремонтом, чтобы вернуть семью.
Иван Будзан, отец: «Меня никто здесь не считает плохим отцом. Сейчас придут мастера, будем шпаклевать, красить, менять двери, тумбочки».
Соседка поддерживает воссоединение.
Галина Слипец, соседка: «Ухаживали за детьми, заботились о детях. Нормально, я бы не сказала, что они не ухаживали за детьми. Я бы хотела, чтобы детей вернули».
Суд решит судьбу детей.
Олексій Паламарчук