Пани Яна Матвийчук поставила риторический вопрос: существует ли предел государственного контроля, после которого он становится вредным? В реалиях военной Украины этот вопрос требует практического ответа, а не только теории.
Идеальные модели экономики и реальность
Идеи Людвига фон Мизеса и Фридриха Хайека о саморегулируемом рынке привлекательны в теории. Однако в чистом виде ни одна страна их не реализовала. Британия времён промышленной революции имела жёсткие торговые ограничения и протекционизм. Азиатские тигры — Южная Корея, Тайвань и Сингапур — росли благодаря активной роли государства, а не только невидимой руке рынка. В ЕС господствует жёсткая регуляция, а не laissez-faire.
Свободный рынок — это интеллектуальная конструкция. В реальном мире государство всегда устанавливает правила. Свобода предпринимателя существует благодаря безопасности и правопорядку, которые обеспечивает государство. Предел контроля определяют общественные интересы и потребности безопасности, а не абстрактные модели. Его фиксируют законы, принятые парламентом.
Общественный договор и борьба с тенью
Противопоставление «экономики доверия» и «экономики контроля» выглядит риторично, но нечестно. Проблема часто в поведении бизнеса, который игнорирует общественный договор. Теневая экономика в Украине достигает 30–40% ВВП. Это приводит к потерям триллионов гривен налогов ежегодно. В 2024 году детенизация рынка алкоголя дала бюджету дополнительные 3,3 млрд грн — на 43,5% больше, чем в 2021 году.
Если контроль эффективный и законный, дополнительных ограничений не требуется. Если же он выборочный, проблема в правоприменении, а не в новых законах. Скандинавские страны сочетают высокие налоги, сильный контроль и конкурентный бизнес благодаря качественным институтам. Украине следует идти тем же путём: обеспечивать равные, прозрачные правила для всех. Лишнюю бюрократию сокращать, противоречия устранять, а давление на честный бизнес прекращать.
Церковний Юрій